• twitter
  • facebook
  • livejournal
  • vkontakte
  • youtube
  • instagram
  • soundcloud

Надо, надо торговаться

Сфера деятельности: Контроль госзакупок

Он был назначен руководителем управления Федеральной антимонопольной службы по Воронежской области 4 апреля. Повод для первого интервью с ним нашелся быстро. На заседании Госсовета президент Владимир Путин жестко раскритиковал власти регионов за местный протекционизм. «Мы считаем, что это ерунда какая-то, что ничего страшного, надо порадеть родному человечку, условно говоря, своим фирмишкам – ГУПам, МУПам. На самом деле ущерб для экономики страны колоссальный», – сказал тогда президент. Как обстоят дела с соблюдением антимонопольного законодательства в Воронежской области – это основной вопрос, который «Берег» адресовал Денису Чушкину.
– СМИ действительно приводят в основном эту хлесткую цитату про «фирмишки», – сказал руководитель УФАС. – Но тема заседания была шире – обсуждался национальный план развития конкуренции, утвержденный президентским указом №618, подписанным в декабре прошлого года. Там сформулированы три основные цели и более 20 путей их осуществления. Это повышение удовлетворенности потребителей, экономической эффективности хозяйствующих субъектов, стабильный рост и развитие многоукладной экономики.
– Таким образом, цели развития конкуренции практически полностью совпадают с целями государственного правления!
– Во многом да. Из путей реализации стоит отметить наиболее актуальные для Воронежской области. Например, «сокращение доли хозяйствующих субъектов, контролируемых органами власти». Это прямая рекомендация приватизировать наши ГУПы и МУПы. Далее: развитие малого и среднего предпринимательства, госрегулирование цен, обеспечение прозрачности госзакупок, а также – закупок компаниями с государственным и муниципальным участием.
С последним пунктом у нас проблемы есть. Муниципальные предприятия с 2017 года обязаны работать по 44-му федеральному закону и делать закупки для своих нужд по итогам торгов. Если в областном центре МУПы в основном успели перестроиться, то в районах области руководители многих муниципальных предприятий вообще не знают о существовании 44-го закона.
– В каких сферах все так запущено?
– В разных: пассажирские перевозки, коммунальное хозяйство, ритуальные услуги. Мониторить сектор мы начали еще до президентского указа и уже наложили штрафы на несколько десятков должностных лиц. Но в целом пока к этой категории субъектов мы гораздо более лояльны, чем, скажем, к органам власти, и на нарушения «малой значительности» вообще не обращаем внимания. Пока.
– Но ведь можно представить, как тяжело овладевать премудростями организации торгов представителям глубинки.
– Тяжело. Но за год хотя бы что-нибудь можно было попытаться сделать! Даже многомиллионные контракты заключаются прямым договором, без применения конкурентных процедур. Между тем в Воронежской области накоплен большой опыт в этой сфере. Бюджетные заказчики работают по конкурентным технологиям закупок более 10 лет. Регион по итогам 2017 года занял восьмое место в стране по критериям эффективности закупок. Соответственно, есть экономия – порядка миллиарда рублей по области и в том числе полмиллиарда – по областному центру. Конкурентность торгов – более трех участников. Снижается число несостоявшихся торгов. Не менее важно – торги открывают дорогу на рынок новым компаниям.
– Насколько велик риск, что среди этих новичков окажутся недобросовестные подрядчики?
– Риск всегда был. Но сегодня появилось много инструментов борьбы с этим явлением. Мы ежегодно пополняем список недобросовестных поставщиков в среднем на сотню позиций. Попавшему в список два года запрещается участвовать в торгах. Более того, это ограничение распространяется и на физических лиц, учредивших предприятие или управляющих им. И уже не сработает лазейка с организацией новых фирм-однодневок. Если ими управлять будут те же лица, санкции распространятся и на них.
– И это работает?
– Работает. На днях мы рассматривали дело, в котором один из организаторов торгов отклонил заявку лишь потому, что учредитель фирмы-заявителя ранее руководил другой фирмой, попавшей в реестр штрафников.
Еще одним фильтром служит необходимость обеспечения заявки и исполнения контракта – это 5 и 30 процентов от суммы контракта соответственно. Такие условия, с учетом возможных штрафов и неизбежности попасть в черный список, казалось бы, должны уничтожить недобросовестного подрядчика как класс. Но в глубинке до сих пор случаются эпизоды, когда строители дорог, например, останавливаются на стадии завоза щебня.
– Есть ли признаки «радения» своим «фирмишкам»?
– Чаще всего это попытка «заточить» требования к товару или услуге под конкретного производителя. Например, у укладчиков тротуарной плитки допуск ФСБ на работу с государственной тайной. У одного из подрядчиков такой допуск «случайно» оказался. Но итоги торгов все равно были отменены.
– Иногда СМИ почти с восторгом пишут, что благодаря торгам заказчик сэкономил 20-40%. Но разве это не авантюризм?
– Если в ходе торгов цена снижается на 25% и более, автоматически в 1,5 раза вырастает цена обеспечения исполнения контракта. Но случаются и хорошие примеры – когда участник готов выполнить договор даже ценой небольшого убытка. Зато он получает рекламу, благодарность в рамочке, пропуск в новые сегменты рынка и т.п.
– В Воронежской области существенно выше среднероссийского число несостоявшихся торгов в дорожной отрасли – как правило, речь идет о торгах с одним участником. Что тут можно посоветовать организаторам аукционов?
– Как вариант – пересмотреть требования к участникам торгов, сделать их менее жесткими, раздробить лоты, предусмотреть более понятный порядок заполнения аукционной заявки.
Но единственный подрядчик – еще не факт нарушения. Есть специфические рынки – например, поставки уникального медоборудования, контроль качества выполненных дорожных работ, – где конкуренция мала по определению. И наоборот, несколько заявок – еще не гарантия от сговора. Нам приходилось, например, выявлять схемы типа «Таран», когда на торги приходит одна основная фирма и две-три подставные. Подставные сбивают цену, но потом выясняется, что для заключения контракта им не хватает каких-то документов. Выигрывает участник, оставшийся на максимальной цене.
Но у нас есть методика выявления сговоров на торгах. Это и мониторинг «систематического поведения игроков», также смотрим, как часто фирмы выходят на торги, как часто – именно в такой группе лиц, проверяем учредителей и директоров и многое другое. В итоге удается выявить даже самые хитроумные сговоры.

Александр Саубанов